Мохнатый комочек размером с крупную картошку лежал на моей ладони и недовольно ворчал. Еще бы: в норе среди прелых листьев рядом с братьями и сестрами ему было тепло, а здесь колючий октябрьский ветер норовил ущипнуть за нос и пробраться под короткую шерстку.

Тем временем волонтеры по очереди извлекали щенков и бережно укладывали их в коробку. Их мать погибла. Оставить трехнедельных малышей один на один с приближающейся зимой было немыслимо. Ворчащие, пищащие, разного размера, они тыкались в картонные стены нового тесного домика и требовали еды.

Моя голубоглазая «картофелинка» была меньше всех. Да, я оказалась здесь неслучайно, но все еще сомневалась. Прошло всего полгода. Смогу ли? Без Фенечки дом казался пустым. Но хочу ли я слышать чей-то чужой лай и ощущать прикосновение не ее языка к своей щеке? В этот момент комочек на моей ладони зашевелился и, зевая, прихватил меня за палец. Опустить его в коробку к другим сил не хватило.

Я очень надеялась, что лохматое чудо окажется девочкой. Как бы не так! Это был мальчик. И, надо сказать, на редкость смышленый. Я думала, что буду вскакивать по ночам, чтобы высаживать его на пеленку или кормить. Ничего подобного. Наш пацаненок самостоятельно и весьма деловито переваливался через один борт — на пеленку, потом обратно — спать, затем, спустя какое-то время, вылезал с другого края — покушать, и снова кувыркался в коробочку.

Имя он тоже выбрал себе сам, упорно не откликаясь ни на какое другое. Так в доме поселился Димон.

Проблемы начались позже. Скоро обнаружилось, что у нашего «дворянина» аллергия на молоко, говядину и курицу. Сыпь появлялась на ушах, между пальчиками, глаза текли. Малыш мучился, не спал ночами. А потом случился приступ. Едва пережив ночь, мы подхватили Димку и сломя голову помчались в ветклинику. Диагноз ошеломил: у нас «стеклянный ребенок». Получив кучу таблеток и рекомендаций — вплоть до содержания Димки в клетке для его же пользы, — мы отправились домой.

Единственное, чего мы не учли: Димон своего диагноза не знал. А точнее, полностью его отрицал. Он ракетой носился по дому, игнорируя все попытки обезопасить его путь. Спустя пару недель к «Формуле-1» прибавился паркур — щенок активно осваивал прыжки на диван и стены.

Нам повезло: обошлось без травм, а курс лекарств явно пошел на пользу. Во всяком случае, при повторном визите к врачу диагноз был снят.

Сейчас Димке 10 месяцев. Он с любопытством познает мир. Как всякий ребенок, наш Димка — еще та шкода и иногда заставляет не столько сердиться, сколько переживать — особенно когда втихаря пытается стянуть что-то из кармана, сумки или со стола. Не говоря уже про «дизайнерскую» работу с мебелью. Мы шутим, что «дворянское» происхождение дает о себе знать: когда менялись зубки, «читал» наш интеллигент исключительно Ахматову и Блока. Да и сейчас нет-нет да и увидишь, как он устраивается с любимым томиком на диване или кресле.

Димон по-своему проявляет характер: терпеть не может расчесывание и при первой возможности хватает ненавистный инструмент и пулей несется на балкон — выбрасывать.

Пес он вполне самостоятельный и очень «немногословный»: мы слышим его голос, только если никак не удается достать закатившийся под стол мяч или если ему требуется ласка — например, после того, как наш Шумахер в очередной раз не вписался в поворот.

А еще он очень любит делиться радостью.

Поскольку Димка — сентябренок, это лето для него первое. И оно полно открытий. Например, одуванчики. Он был настолько поражен, что долго не уходил с полянки, а потом нарвал букет — сколько поместилось в пасть — и понес домой показать остальным домочадцам.

Димон уже давно не «голубоглазая картофелина». Статный красавец аристократической внешности с миндалевидными, почти «инопланетными» глазами, он неизменно привлекает внимание и взрослых, и детей на прогулках.

Иногда ко мне подходят любопытные прохожие и спрашивают:

— Простите, а это что за порода?

— Египетская борзая, — полушутя отвечаю я, намекая на его дерзкий характер и сходство с Анубисом.

Кто-то понимающе улыбается, кто-то принимает мои слова за чистую монету. Но какое на самом деле имеет значение родословная, если наш Димка — это уже даже не просто друг или член семьи, а самый родной мокрый нос на свете?